Главная » 2008 » Июнь » 24 » ПАВЕЛ МОВЧАН:«НАША ПСИХИКА ДЕФОРМИРОВАНА... ЯЗЫКОМ»
12:25
ПАВЕЛ МОВЧАН:«НАША ПСИХИКА ДЕФОРМИРОВАНА... ЯЗЫКОМ»

 ПАВЕЛ МОВЧАН:«НАША ПСИХИКА ДЕФОРМИРОВАНА... ЯЗЫКОМ»
 Беседовал Валентин Ковальский
 
 
За свои труды, связанные с переводом «вражої мови», товарищ Мовчан был удостоен почетных грамот Верховных Советов УССР и СССР. Высшее образование он получил в... ненавидимой им ныне Москве, где окончил институт имени «клятого москаля» Максима Горького. Потом работал спецкором «имперского» журнала «Природа и человек», вступил в Союз писателей «проклятого» СССР. А после развала «единого и нерушимого» новоиспеченный глава «Просвіти» взял курс на... украинизацию всей страны. В Верховной Раде уже зарегистрирован его законопроект «Про державну мову України» (№1435). Изучив сей документ, Главное научно-экспертное управление ВР пришло к неутешительному выводу: «По результатам рассмотрения в первом чтении законопроект целесообразно отклонить». Однако сам автор считает иначе. Ему виднее?

В Кабмин пролезли... «москали»!

— Павел Михайлович, почему вы игнорируете мнение Главного научно-экспертного управления ВР? В его выводе четко сказано, что этот законопроект следует отклонить: он может «расцениваться как дискриминация по отношению к другим языкам национальных меншинств».

— Десятая статья Конституции провозгласила, что государственный язык в Украине — украинский. Аналогом законопроекта, который я разработал в соавторстве с Яворивским, можно считать американский закон, по которому английский язык является государственным. Ведь сегодня испаноязычный юг угрожает целостности государства США.

— Но мы ведь живем не в США. Так чего же вы добиваетесь?

— Нужно урегулировать языковую проблему.

— Разве она не урегулирована? В выводе экспертов сказано, что вы занимаетесь языковым дублированием 7-й статьи закона «О телекоммуникации», 4-й статьи закона «О почтовой связи» и т. д. Что же вы собиратесь делать с теми, кто не привык разговаривать на украинском?

— Не надо никого насиловать: мол, нужно освоить язык завтра или послезавтра. Мы ничего не сделаем с теми людьми, которые им не владеют. И не надо этого делать.

— Так каков же смысл в принятии вашего законопроекта?

— Нужно думать о завтрашнем дне, осознавая главное: без знания украинского у человека нет перспективы в этой стране. Без знания английского вы не сделаете карьеру в США. Так почему же у нас можно занимать высокие государственные должности в правительстве, не зная государственного языка?

— Кого вы имеете в виду?

— К примеру, представителя Блока Юлии Тимошенко — Людмилу Денисову, министра труда и социальной политики.

— Как же Юлия Владимировна могла ее к себе взять?

— Там не только она...

— А кто еще?

— Полтавец, министр угольной промышленности. Он ведет свои заседания на «общепонятном». Неужели это допустимо в стране, где должна действовать десятая статья Конституции?

— Минуточку! А разве вы не голосовали за то, чтобы этих «москалей» взяли в Кабмин Тимошенко?

— Так ведь они пообещали выучить...

— И не выучили?

— Нет. Я предлагал им свою помощь. Говорил, что «Просвіта» может предоставить своих преподавателей для освоения государственного языка. Кстати, именно мы оказали помощь первому министру обороны Морозову, россиянину, который не владел украинским. Если у кого-то существуют языковые проблемы, то это свидетельствует либо о недостаточном интеллекте, либо о принципиальности.

— Вот те раз! Наша Юля на словах выступает за всеобщую украинизацию, а на деле снабжает Кабмин Украины пророссийскими министрами...

— Да причем тут Юля? Те группы, которые выдвигали этих людей, считали, что данный вопрос не является важным. А я считаю, что он — самый важный. Ведь речь идет о государственных служащих. Согласно постановлению Конституционного суда от 17 декабря 1999 года, каждый госслужащий обязан владеть украинским. Язык — фактор объединяющий и консолидирующий. Почему мы не заботимся о своем языковом пространстве так, как это, к примеру, делают поляки?

— Так ведь у нас, в отличие от поляков, существуют русскоязычные регионы...

— А вы знаете, что Варшава была русифицирована настолько, что польский язык употребляли только извозчики и дворники? Подобная ситуация была и в Праге, где во время немецкой оккупации все было «загерманизировано». А наши оппоненты говорят, что так «исторически сложилось». Да вы же прекрасно знаете, что у нас языковая проблема не решена только потому, что связана с дальнейшей судьбой Украины: либо мы будем самостоятельными, либо вернемся в «единую семью». Вопрос языка — это вопрос выбора: эй, паря, ты с кем? Вас, мол, вообще не было, вы же — мутанты, придуманные австрияками и поляками.

«Мова» мстит... на уровне ДНК?

— Вы считаете, что языковой вопрос нужно решать на уровне Совета национальной безопасности и обороны?

— Разумеется. Это вопрос и Совета нацбезопасности. Поскольку это касается нашей перспективы. Тенденции, которые мы видим сегодня, могут привести к потере государственности.

— Хотите сказать, что Украина — в опасности?

— Послушайте: если нет украинского языка, значит, нет и государства. Зачем же мы боролись, когда провозглашали независимость?

— А что плохого в том, если страна будет двуязычной?

— Если русский язык станет вторым государственным, то первого... не будет! Это все равно, что вас выставить на поединок с Кличко. Наш язык триста лет запрещали. Было издано 43 указа, начиная с петровской эпохи и заканчивая советской. И вы хотите сказать, что мы такая сильная нация? Если украинский язык в Одесской политехнике преподается русскоговорящими преподавателями, то это же абсурд. Что такое слово? Это... атом, имеющий свое ядро, свою энергетику. Слово состоит из фонемы (звука), морфемы (словосочетания) и синемы (содержания). Если вы — украинец, то ваш артикулярный аппарат сформирован еще в лоне матери. Вы — носитель заданной программы, которая передается на уровне генетическом, на уровне молекулярном, на уровне ДНК (дезоксирибонуклеиновая кислота). Своим голосом можно даже... воду зарядить, положительно или отрицательно. Точно так же заряжается и эфирное пространство. Лина Костенко называет его аурой. Представьте, что это языковое пространство натянуто над Украиной, как парашют: в нем тысячи дырок, которые делаются русскоязычными изданиями. Россия давит на нас не газом, а языком.

— Можете как языковед сказать: когда возникла наша «мова»?

— А когда возник человек? Каждое слово имеет огромную биографию.

— И как же эта «биография» развивалась, к примеру, в Крыму?

— Не ссылайтесь на Крым. Этот полуостров должен быть зоной отдыха. Там три языка: украинский, русский и татарский. Но мы видим сплошную диспропорцию. А ведь язык может и отмстить. Слово — не просто средство коммуникации. Это значительно шире и серьезнее.

— Что вы говорите?

— Разговаривая на чужом языке, вы его... извращаете! Нет у вас генетического ресурса.

— Но языковыми мутантами мы пока что не стали...

— Это на ваш взгляд не стали. А на мой — стали. Наша психика деформирована. Она ведь формируется языком. Исключительно!

— Интересно, что по этому поводу сказал бы Гоголь, написавший «Вечера на хуторе близ Диканьки»? Или Шевченко, который тоже сочинял произведения на «общепонятном».

— Шевченко на «общепонятном» трудно читается. Что касается Гоголя, то он... сам себя переводил: у него языковая структура — украинская, но переведенная на русский и переплавленная его гением.

— Что же ваша «Просвіта» сделала для украинизации всей страны?

— Вы считаете, что мы должны делать это за страну? Общественные организации — это сигнальные системы. Они говорят о насущных проблемах, решать которые призвано государство. Десятая статья Конституции говорит, что оно призвано этим заниматься. А что касается общественных организаций, то они имеют дублирующие или альтернативные функции. Скорее всего, альтернативные. Дублирующими нас делала колониальная система, отстаивающая свою идеологию и запускающая такие структуры, как Союз писателей, Союз художников и так далее. Таким образом усиливались установки, сформулированные в уставах партии единой, в решениях ЦК КПСС. Вот для чего, собственно, и создавались общественные организации.

— А вот ваши «просвитяне» не такие. Правда ведь?

— «Просвіта» появилась 140 лет назад. Она возникла как... имунная система, чтобы спасти украинцев от ассимилирующего угрожающего процесса. Наша организация сформировала базу для тех национальных движений, которые мы называем повстанческими.

«Свій до свого по своє»

— Хотите сказать, что появление УПА — это ваша заслуга?

— Исключительно наша. Те, кто подлежал репрессиям во время прихода поляков, немцев и большевиков, принадлежали к «Просвіте». Она ведь сказала: «Ідемо свій до свого по своє». Нужно было защищаться от большой разрушающей силы, которая в то время накрывала Галичину и спаивала людей по «корчмах». Причина понятна: человек, сформированный на базовых ценностях, был патриотом. Наша организация издавала читанки, формировала украинский репертуар, стимулировала развитие украинской музыки. Чтобы не говорили, как считал один из героев Ивана Франко: мол, украинец — этот тот, кто живет на окраине села... Иван Яковлевич доказывал, что мы все — украинцы. А нас делили: русины, бойки, лэмки, слобожане...

— А чем вы сегодня занимаетесь?

— Роль «Просвіти» неоценима. Мы издаем множество монографий. Наша организация возродилась двадцать лет назад. Ее тогда «подшивали» к товариществу украинского языка — «Просвіта імені Шевченка». Параллельно советская власть основала в Украине товарищество польского языка, товарищество русского языка... Таким образом нивелировалась сама суть «Просвіти». Но потом государство нас поддержало. К примеру, мы начали создавать анимационные филмы. К сожалению, у нас уничтожена вся база. Нет уже того «Киевнаучфильма», где были такие гении, как Дахно и Кирич. Мы сделали 26 серий сказки «Лис Микита», создали компьютерные игры для детей. Ведь наши рынки заполонены исключительно российскими дисками. Мы не думаем об украинцах завтрашнего дня. В наших школах даже не знают о национальном гербе: откуда он возник, какова его история. Почему Богдан Ступка едет зарабатывать в Москву? Нет украинского кинематографа. Мы не конкуретноспособные.

— Так в чем проблема? Президент активно выступает за развитие украинского языка. Премьер и спикер тоже об этом «балакають».

— А кто эту проблему решает? Кто? Президент думает о своем втором сроке...

— А Юля?

— Юля думает о первом.

— Поэтому языковой вопрос тормозится?

— Он тормозится в сессионном зале. Для кого эта тема интересна: для Симоненко или для Януковича?

— Но ведь большинство в парламенте считается оранжевым. Неужели ваш законопроект неинтересен для БЮТ и НУНС?

— Возможно, он важен для обоих Кириленко из НУНС и БЮТ. А для тех, кто стоит за их спинами? Да им важны совсем другие темы.

— А к спикеру Яценюку вы обращались?

— При чем тут Яценюк? Разве ему дают возможность заняться приоритетами, которые требуют первоочередных решений? Все вопросы решают ситуативно: мол, это — завалим, это — не завалим. Вы знаете, что прошлый парламентский созыв больше имел этнических украинцев, чем нынешний. Но все занимались другими вопросами: сахарными заводами, дерибанами, приватизацией... На мой взгляд, языковую проблему будут рассматривать после земельной. Такова логика: сначала — мои интересы, потом — общие.
Беседовал Валентин Ковальский
Категория: Интервью | Просмотров: 1106 | Добавил: sveta | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
5